«Рихтер — пианист удивительной внутренней концентрации, — писал один из зарубежных рецензентов. — Порой кажется, что весь процесс музыкального исполнения происходит в нем самом...» Комплект записей великого пианиста ХХ века Святослава Рихтера отражает всю разносторонность его исполнительских интересов.
Во всей истории фортепианной музыки, казалось, не было таких временных отрезков, эпох и направлений, которые Рихтер не вовлекал бы в свою пианистическую орбиту. Бах, Скарлатти, венские классики, романтизм со всеми его противоречивыми гранями, французский импрессионизм, вся палитра русской музыки XIX и ХХ веков, его современники — Прокофьев, Шостакович, Барток… Для каждой индивидуальности, любого стиля он выстраивал убедительное прочтение, следуя высшему синтезу «ratio» и «emotio», в котором непревзойденное техническое мастерство уже оставалось практически незаметным.
«Играет ли он Баха или Шостаковича, Бетховена или Скрябина, Шуберта или Дебюсси — каждый раз слушатель слышит как бы живого, воскресшего композитора, каждый раз он целиком погружается в огромный своеобразный мир автора», — говорил о Рихтере его знаменитый учитель Генрих Нейгауз.
